Александр усмехнулся:

— Я вдовствую уже два года и тоже не слишком рвусь жениться. Дочь заботится обо мне, и мы счастливы служить королеве.

— Скажите, доктор, как мне разместить королевскую свиту? Мой дом невелик, но я не хотел бы показаться негостеприимным.

— Короля, королеву и двоих их слуг можно разместить в ваших покоях, сэр Удолф. Может быть, найдется комнатка для маленького принца, его няни Эдме и моей дочери? Ну а мы будем спать там, где вы нас положите.

— Но вы должны лечь поближе к очагу, — заметил сэр Удолф. — Вы нездоровы, доктор. Я слышу, как клокочет у вас в груди.

— Холодная выдалась весна, — вздохнул Гивет.

— Здесь не бывает теплых весен, — пояснил барон и знаком подозвал слугу. — Спроси кухарку, когда ужин будет готов, и принеси этому джентльмену еще вина.

До чего же приятно, когда есть с кем поговорить! В юности он тоже учился. Правда, совсем недолго. А вот его сын не умеет ни читать, ни даже собственного имени написать не может. Хейл не хотел учиться, и его нельзя было заставить ни силой, ни уговорами. Он не из тех, кто любит проводить за беседой длинные зимние вечера, и предпочитает общество Мейды, своей маленькой любовницы.

— Обед будет готов в течение часа, милорд, — доложил вернувшийся слуга.

Сэр Удолф кивнул:

— Пойди наверх и скажи это королеве. Александр, еда, конечно, будет не такой, к какой вы привыкли при дворе.

— Король довольствуется густым супом и ломтем хлеба, — сказал доктор, к полному изумлению хозяина. — Он никогда не ел много, и ему не по нутру долгие обеды со многими переменами блюд и жирными соусами. Соусы к тому же часто маскируют испорченное мясо. Король предпочитает легкую еду. А что ест королева, сами увидите, когда она будет сидеть за высоким столом. У нее очень деликатный желудок, и всегда был таким.