— Садитесь, джентльмены, — пригласил староста. Он пододвинул ближе к огню низкую скамейку и столь же низкий табурет, которым обычно пользовались при дойке коров. Это были единственные предметы мебели в комнате. Затем Ральф бесцеремонно прикрикнул на женщину, скрывавшуюся в темном углу комнаты: — Марта, принеси эля, хлеба и три миски того супа, что ты согрела. — В его речи слышался жуткий местный акцент.

Прибывшие сбросили промокшую верхнюю одежду, и Ральф развесил ее на деревянных крючьях, торчащих из стенной балки. Деревенскому старосте пришлось по душе, что Гвин и низкорослый мужчина явно соответствуют окружающей обстановке. Корнуоллец, которого выдавал акцент, был выше и массивнее коронера, но, являясь обладателем буйной рыжеватой гривы и усов, представлял собой полную противоположность угрюмому сэру Джону. Бороду он брил, но его роскошные усы, напоминавшие пышные лошадиные хвосты, свисали вниз у уголков рта вдоль подбородка, почти до самой груди. Непослушные волосы свободно ниспадали с висков, почти переплетаясь с усами.

Гвину минуло сорок два года. В юности он добывал олово в рудниках, затем занялся ловлей рыбы, но не оставался долго на одном месте, а постепенно перемещался к полруанскому побережью, за впадающую в залив Фоуэй реку. Гвин торговал рыбой, пока ему не исполнилось семнадцать, а затем прибыл в Эксетер, где стал работать мясником в Шамблсе. Могучее телосложение способствовало тому, что ему предложили стать телохранителем и оруженосцем местного рыцаря на время военных кампаний. Четырнадцать лет назад, в 1180 году, он поступил на службу к сэру Джону де Вулфу, и с тех пор они вместе сражались, путешествовали по Ирландии и даже принимали участие в Третьем крестовом походе.