— Что они говорят? — боязливо спросила Ханна.

Быстрый Ветер бросил на нее обеспокоенный взгляд, но ничего не ответил. Он не осмеливался отпустить женщину, так как друзья сочли бы его слабым и трусливым, а убить ее они могли, невзирая на его возражения. По какой-то непонятной ему самому причине Быстрый Ветер не мог позволить друзьям убить его пленницу. Он не хотел видеть мертвой Ханну Маклин.

— Эта женщина — моя пленница, и я сам решу, что с ней делать.

— Из-за нее мы потеряем время, — сказал Быстроногий Олень, уголки его губ раздраженно опустились. — У нас нет лишней лошади. Сломанный Нос прав, самое разумное — убить женщину.

— Возьми ее прямо здесь, на земле, Быстрый Ветер, если у тебя есть такое желание, — проворчал Сломанный Нос, — но как ты выдержишь эту вонь? И раз уж ты считаешь, что костлявые женщины могут доставить особенное наслаждение, я, пожалуй, тоже возьму твою пленницу, прежде чем положить конец ее жалкой жизни.

— Сейчас я не расположен к этому, — бросил Быстрый Ветер. — Я сказал, она едет с нами. Это моя пленница, она принадлежит мне. Я нуждаюсь в рабыне, у меня нет жены, чтобы готовить еду и заботиться о моем жилище. Я не собираюсь спать с ней, она слишком некрасива, но ее можно заставить работать. А если она мне не угодит, я ее побью, и она станет стараться.

— Чейены — странные люди, — заметил Сломанный Нос, покачивая головой. — Ты храбрый воин, Быстрый Ветер, но твое безрассудство вызывает тревогу. Любому ясно, что от этой женщины не будет прока. Если бы я не знал тебя как неустрашимого воина и злейшего врага белых, то сказал бы, что белая кровь в твоих жилах делает тебя слабым.