Оралия озабоченно пробежала глазами первую страницу и охнула от неожиданности:

— Господи милостивый!

Почти рухнув на стул, она принялась рассеянно обмахиваться листком дорогой бумаги.

— О Роберт, ну почему ты ничего не сказал мне об этом! — громко пожаловалась она, взывая к своему дорогому усопшему мужу.

— Что я слышу, мама?! Опять ты журишь отца? Боюсь, он вряд ли тебе ответит, — грустно пошутил ее сын Джордж, переступив порог просторной утренней гостиной и сняв широкополую шляпу. Он с утра объезжал поля, а солнце уже немилосердно палило.

Оралия Кимберли молча протянула Джорджу письмо.

— Дьявол, — обронил тот, дочитав до конца. — Аврора знает об этом, мама? Оралия покачала головой:

— Помню, отец что-то такое говорил несколько лет назад. Вроде бы он и впрямь нашел для девочки хорошего жениха. Но в подробности Роберт не вдавался, а я не спрашивала. Откровенно говоря, не придала этому большого значения. Ох-х-х, Джордж! Подумать только! Аврора будет герцогиней!

Сын разразился громким хохотом.

— Джордж! — воскликнула Оралия, укоризненно глядя на молодого человека. Тот едва выговорил сквозь смех:

— Мама, но ты должна признать, что все это ужасно забавно. Обязательно позови меня, когда объявишь Авроре, что ее нареченный сейчас плывет к невесте, исполненный твердых намерений завоевать ее нежное девичье сердце.

И Джордж снова предался неуместному веселью, явно не в силах настроиться на серьезный лад.

— Джордж, — строго заметила мать, — ты просто невозможен! Неужели не представляешь всей важности происходящего? Аврора станет герцогиней Фарминстер! Этот остров — ее приданое. Что будет с нами, особенно с тобой?