Господи, как же она проклинала себя за прошлую ночь! Не будь этого, она смогла бы разговаривать с Гарретом на равных; сейчас же она понимала, что каждый раз, общаясь с ней, Гаррет будет видеть в ней не способную учительницу, которая борется за счастье любимых и близких ей людей, а распутную и доступную женщину.

— Черт, черт, черт! — Она хлопнула дверцей буфета и заперла ее, убрав посуду.

— Такое прекрасное солнечное утро, а вы чем-то расстроены.

Сара стремительно обернулась, удивленно взглянув на человека, ставшего причиной ее страданий. Прищурив глаза, она оглядела Гаррета, стоящего в дверях, небрежно прислонившись косяку. Она так увлеклась, наблюдая за Джейсоном и своим отцом, что не услышала шума подъехавшей машины и его шагов. Сара не успела приготовиться к встрече и сейчас оказалась в положении человека, вынужденного защищаться.

Если Сара провела бессонную, полную сомнений ночь, то про Гаррета этого было сказать нельзя. В его манере держаться не было и намека на усталость, так заметную в ночь приезда. Круги под глазами и складки у рта тоже исчезли. Одет он был в те же брюки и рубашку с короткими рукавами. Гаррет выглядел так, как будто демонстрировал всему миру, что приехал сюда расслабиться и отдохнуть ни денек-другой!

— Вы уже позавтракали? — недовольно спросила Сара.

— Яйца, бекон, сосиски…

— Я не спрашиваю вас конкретно. — Она внутренне содрогнулась. Ее организм протестовал при одном только упоминании о таком кошмарном меню.

— Очевидно, вы не ели, — сказал Гаррет, растягивая слова и задорно посматривая на нее. — Разве вы не знаете, что завтрак является самым важным приемом пищи в течение дня?

Она пробормотала что-то неразборчивое. Этим утром у нее явно барахлил желудок.

— Я приготовлю себе сегодня чего-нибудь на ланч.

Он окинул ее понимающим взглядом:

— Хотя меня это не касается, но с вами происходит что-то неладное, если вы не хотите есть.