— Сара…

— Не… прикасайтесь… ко мне, — сказала она прерывающимся голосом.

— Дорогая, не вини себя, — сказал он. — Это было прекрасно. Мы…

— Это вы виноваты. — Она вызывающе посмотрела на него. — Вы со своими деньгами, властью и вашей чертовой уверенностью в том, что вы можете иметь все, что хотите и кого хотите!

Она машинально застегнулась и решительно встала перед ним:

— Разрешите мне пройти, — сказала она приказным тоном Гаррету, который растерянно стоял перед ней.

— Сара… — промолвил он умоляющим тоном.

— Гаррет, я прошу пропустить меня. — Сара сердито оттолкнула его. Почувствовав себя неважно, она стремительно вышла из каюты глотнуть свежего воздуха. Тошнота подкатила к горлу.

Она любила человека, который обольстил ее сестру, подчинил себе ее родителей, принес им страдания, разрушил свою семью и на долгие годы разлучил их с Джексоном. Она любила человека, умело пользующегося словами «любовь моя» и «любимая», чтобы получить то, что ему захочется. Ей не за что было его любить. Это чувство существовало в ней независимо от ее желания, оно было всегда. Она ненавидела себя за это.

О Боже! Вероятно, он найдет это весьма забавным, когда поймет, что она еще одна бесполезная жертва, которая сгорит в его беспощадном огне.

Желудок до сих пор давал о себе знать, даже будучи совершенно пуст. Но эти не совсем приятные ощущения отвлекали ее от душевных переживаний.

— Что с вами? — обеспокоенно окликнул ее Джейсон.

Она вытерла лицо носовым платком, пытаясь улыбнуться племяннику.

— Это со мной бывает, — сказала она. — Как только мы подняли якорь, меня стало укачивать.

Она старалась не смотреть на отца, который выглядел явно озадаченно. Им обоим было хорошо известно, что она никогда не страдала морской болезнью. Но это единственное оправдание, которое пришло ей в голову. Разве можно было объяснить, что причиной столь странного состояния была не морская болезнь, а ее собственная слабость и этот усмехающийся человек, стоящий в дверях каюты!