Пожалуй, песня была про нее — дождь прошел, выглянуло солнце, и она шла по вымытой теплой земле и искала сноп путь в жизни, как и многие женщины, ставшие после войны более независимыми и предприимчивыми. Вирджинии не терпелось вновь увидеться с семьей, поэтому она и уехала с вечеринки пораньше: хотела успеть на утренний поезд в Йоркшир.

В зеркало заднего вида Вирджиния увидела, что за ней движется машина с подвыпившей компанией. Заметив, что ее обгоняют слева, она вынуждена была выехать на самую середину улицы, практически на встречную полосу. Вирджиния покачала головой и проводила шумную компанию гневным взглядом.

К сожалению, она слишком поздно обратила внимание на двигавшийся навстречу автомобиль. Чтобы избежать столкновения, Вирджиния резко вывернула руль и нажала на тормоза. Машину занесло на мокром асфальте, она выскочила на тротуар и остановилась.

Перепуганная, Вирджиния вышла, чтобы осмотреть свое сокровище. Обнаружив, что автомобиль не пострадал, она с облегчением вздохнула. А вот лимонно-желтому с черным «даймлеру» повезло меньше: он налетел на фонарный столб и погнул порог.

Водитель, полковник Ричард Дикерсон, — предпочитавший, чтобы друзья называли его Ричем, — торопливо вышел из машины и, осмотрев повреждения, с грозным видом направился к Вирджинии. Он был в безукоризненном вечернем костюме, черные волосы, чуть серебрившиеся на висках, блестели при свете фонарей, на волевом, загорелом лице застыло выражение мрачной решимости, не предвещавшее ничего хорошего.

— Какого черта вы несетесь на такой скорости посередине дороги? — сердито спросил он, не давая Вирджинии времени на объяснения. — Вы могли бы задавить кого-нибудь.

Она, недоумевая, уставилась на него. Ведь инцидент произошел не только по ее вине. Если бы он ехал по своей полосе, ничего бы не случилось.