Элен чувствовала себя виноватой: ведь это из-за нее он вынужден возвращаться в объятия разгулявшейся стихии.

– Вам нет никакой надобности отправляться туда снова, – пробормотала она смущенно. – До утра я прекрасно обойдусь, а завтра продолжу свой путь.

Она, по крайней мере, не избалована, подумал Питер. Ему совсем не улыбалось остаться наедине с привередливой девицей.

– Пока нельзя сказать наверняка, когда расчистят дорогу. Снегопад, вероятно, продлится всю ночь, и, судя по направлению ветра, около вашей машины наметет огромный сугроб. Если сейчас промешкать, придется потом откапывать ее, чтобы добраться до вашего багажа. Так что еще захватить?

Она поняла, что спорить бесполезно.

– Там, в багажнике, сумка со спальными принадлежностями.

Он протянул руку за ключами и тотчас исчез.

Выглянув в окно, Элен увидела, как он снова оседлал свои аэросани и скрылся за снежной завесой в сгустившихся сумерках. Элен надеялась, что в хижине его жена и дети, но, судя по всему, никого, кроме нее, здесь не было. Она вспомнила, как он сказал, что дом принадлежит его другу, и на всякий случай произнесла: «Здравствуйте!» Ответа не последовало. Значит, они останутся здесь втроем – Элен, незнакомый мужчина и волк. От этой мысли ее охватило тревожное чувство.

– В хорошенькую историю ты попала, – упрекнула она себя.

Вдруг она испугалась, что волк, в конце концов, сочтет ее врагом, и повернулась к камину. Зверь лежал у очага, настороженно подняв голову, и зорко наблюдал за каждым движением девушки, словно решая, можно ли верить этой незваной гостье.

– Не волнуйся, я ничего здесь не трону и не задержусь надолго, – пообещала она.

Волк опустил голову на лапы, по-прежнему не сводя с нее тяжелого взгляда. Медленно, не желая давать ему повод для беспокойства, Элен сняла и повесила на один из прибитых у двери крючков свою шубу, потом освободилась от сапожек. Снимая спортивные брюки, она порадовалась, что догадалась надеть их.