Скоростной лифт доставил их на тридцать второй этаж. Подойдя к двери, Кэмерон начал рыться в карманах брюк в поисках ключей. Джо молча наблюдала за ним.

— Может, кто-то бы и подписал незаверенную бумагу, — сказал Кэмерон. — Но я юрист. Для меня такие вещи невозможны.

— Ты обещал, — напомнила ему Джо. — Обещал как раз перед тем, как поцеловать меня.

Он открыл дверь.

— Ты тоже целовала меня.

— Но ты первый начал.

— Ну ладно, неважно, кто был первым. Главное, мы оба желали этого.

Джо так и не вошла в дверь.

— Я хотела только получить твою подпись.

Он легонько подтолкнул ее к двери.

— Давай доспорим внутри.

— Я думала, — ее голос сел от сдерживаемых эмоций, — что ты действительно собираешься подписать бумагу.

— Может, я так и сделаю. — Кэм двигался по гостиной и включал изящные светильники. Затем нажал кнопку, управляющую шторами. Они послушно распахнулись, являя окно, занимающее всю стену. — Ручаюсь, в Сьерра-Спрингс ты никогда не наблюдала подобного вида.

Девушка пересекла комнату и подошла к окну. Внизу расстилался залитый вечерними огнями город. Недалеко поблескивала река.

— У нас все по-другому, — заметила Джо. Затем резко отвернулась от окна. — Так ты обещаешь?

Кэмерон понимал, о чем она. Оттягивать подписание документа было уже слишком жестоко. И он, конечно, подпишет. Но все должно быть оформлено юридически грамотно.

И существовала еще одна вещь, которую необходимо сделать, прежде чем окончательно отказаться от опеки над племянницей.

Он просто должен был сообщить о новостях братьям. Но Джо занервничает, если услышит разговор, а ему хотелось видеть ее спокойной, расслабленной. Счастливой. Такой, какой она была на стадионе.

— Ты обещаешь, Кэм? — снова спросила она.

Врать не имело смысла. Даже ради одного из ее горячих поцелуев.