— Когда он давал о себе знать в последний раз?

— Несколько месяцев назад, когда в очередной раз задержал алименты на ребенка. Жаловался, скандалил, что она тянет с него деньги, а сама как сыр в масле катается. — Диэнн судорожно вздохнула. — Деньги шли прямо на счет, открытый на имя Ивонн, ей на учебу. Ему такое, разумеется, даже в голову не пришло.

— Вы с ним когда-нибудь встречались?

— Нет, этой сомнительной чести я не была удостоена. Насколько мне известно, он четыре года не был в Нью-Йорке. У меня мысли путаются, — призналась она. — Но это пройдет. Я вам обещаю, я все хорошенько обдумаю и сделаю все, чтобы помочь вам. А теперь мне надо позвонить мужу. И надо обдумать, как мне сказать Ивонн, когда она проснется. Как сказать Ивонн и Жанне.

— Нам нужно осмотреть ее комнаты, ее вещи. Завтра, в течение дня. Вас это не затруднит?

— Нет. Я пустила бы вас прямо сейчас, но… — Диэнн оглянулась на закрытую дверь. — Я хочу, чтобы Ивонн выспалась как следует.

Ева встала.

— В таком случае прошу вас связаться со мной завтра утром.

— Да, непременно. Простите, у меня совершенно вылетело из головы ваше имя.

— Даллас. Лейтенант Даллас и детектив Пибоди.

— Да, верно. Когда я открыла вам дверь… Господи, теперь мне кажется, что это было сто лет назад. — Диэнн тоже встала и внимательно вгляделась в лицо Евы. — По-моему, мы знакомы. Не знаю, то ли мы действительно встречались, то ли мне это кажется, потому что вы здесь уже сто лет.

— Мы встречались на каком-то благотворительном обеде.

— На благотворительном обеде? Ах да, конечно! Рорк! Вы жена Рорка. Люди говорят: «коп Рорка». Простите, у меня голова не работает.