Она тоже этого хотела.

Его длинные руки держали ее талию, и она чувствовала их жар сквозь тонкую материю блузки. Он подсадил ее в пикап, а потом залез сам.

— Морган, мне было очень плохо, когда ты уехал.

— Мне тоже.

— Я скучала по тебе, — призналась она. Он повернул ее к себе. Сердце бешено забилось при виде его загорелого, словно высеченного из камня волевого лица.

— А я скучал по тебе.., и винограднику.

Когда я поостыл, то понял, что не хочу бросать Брюса.., особенно теперь.

Ее немножко обидело, что у Моргана было еще что-то, кроме страсти к ней, хотя ей было известно, как он предан работе. Она шла впереди к винограднику, утопающему в золоте, все еще чувствуя ревность. Подрезанные лозы казались уже готовыми проснуться и пойти в рост.

Его взгляд заставил Дину оглянуться.

— Сегодня твой день рождения, дорогая. Тебе двадцать один. Наконец ты выросла.

Морган провел большим пальцем по ее губам. Затем легким движением обследовал каждый изгиб ее рта, после чего своими губами раздвинул ее губы. И все ее мысли сосредоточились на ласках Моргана… Вдруг ей стало трудно дышать.

— Как это было эгоистично с моей стороны оставить Брюса в такое время года, — пробормотал он отсутствующим голосом, потому что ему тоже было трудно думать о винограднике, держа ее в объятиях. — Черт возьми, может быть, я уехал из-за.., весеннего напряжения.

Она смутно догадывалась, что он имеет в виду. Весна была особенно напряженным сезоном на винограднике: сначала ожидание, когда лопнут почки, потом постоянный страх ночных заморозков…

И даже после того, как виноград собран, лозы подрезаны, зима миновала, приходит беспокойство о следующем урожае.

Он обнял ее. Затаив дыхание. Дина прислушивалась, как учащенно бьется его пульс в унисон ее собственному.

— Ты не очень романтичный. Не можешь не думать о винограднике даже в такой момент, — поддразнила она.

— Ревнуешь даже к винограднику? — Он нежно улыбнулся. Его губы почти касались ее губ. — Когда-нибудь, когда ты действительно станешь взрослой, Дина, ты поймешь, что тебе не следовало ревновать. Ты очень много значишь для своего деда и для меня. Тебе не надо было бороться за нашу любовь. Ты ее всегда имела.