— Вы давно с ней работаете? — спросил мистер Харкер. У него был очень красивый тембр голоса. Бархатный баритон.

— Около года.

— Не думаете открыть свое собственное дело?

— Какое? — удивленно спросила Роза.

— Ну, что-нибудь в области общественного питания, — ответил он и засмеялся. — Вы же превосходный повар. Ведь это же вы автор всех этих блюд, не так ли?

— Один из авторов, — солгала Роза, помня, что Марта не хотела, чтобы кто-нибудь догадался, что она не умеет готовить.

Харкер улыбнулся широкой белозубой улыбкой.

— Вы добрая. Преданная. Если бы я занимался этим видом бизнеса, то тотчас же переманил бы вас к себе. — Поймав ее вопросительный взгляд, он пояснил: — Мой референт кое-что разузнал о вашей фирме. Он рассказал, что Марта Серраньо сама никогда не готовит, а нанимает самых лучших специалистов. Вот почему я обратился в «Ресторанное дело Серраньо». Раз ваша хозяйка взяла вас на работу, значит, вы самая лучшая.

— Это я приготовила салат из артишоков, — призналась Роза, заставив себя улыбнуться.

— А-а! — Он громко рассмеялся, и несколько гостей обернулись и удивленно посмотрели на них. — Тогда я уверен, что он гораздо вкуснее той закуски, что я только что съел.

— Если салат хуже закуски, то я занимаюсь не своим делом.

— Так оно и есть, — внезапно раздался голос Марты, которая бесцеремонно втиснулась между Розой и мистером Харкером, все еще держа в руке тарелку с салатом из артишоков. Она повернулась лицом к Уоррену, толкнув при этом Розу с такой силой, что та выронила блюдо с выпечкой.

У Розы потемнело в глазах: французские рулеты и булочки рассыпались по дорогому персидскому ковру.

— Роза! — закричала Марта. — Какая же вы неуклюжая! Посмотрите, что вы сделали с ковром мистера Харкера!

— Она не виновата, — заступился за Розу Уоррен. — Кто-то толкнул ее.