И вот теперь Оноре требовал подумать о замужестве с человеком, которым она восхищалась, которого уважала. Это была единственная просьба дяди за всю ее жизнь. Много раз она твердила Эрве, что еще не готова выйти замуж. В конце концов, ей только исполнилось двадцать. Он твердо был уверен, что Алисон еще подумает и согласится.

Правда, Алисон совсем не была в этом уверена. Она хотела испытывать к Эрве нечто большее, чем обычная дружба, потому что жестоко было бы подавать ему пустые надежды. Однако она обещала дяде не отказывать Эрве сразу и теперь радовалась, что завтра отправляется в путешествие и между ними проляжет немалое расстояние. Возможно, разлука позволит ей лучше разобраться в собственных чувствах и прийти к определенному решению относительно ее будущего с Эрве.

Эрве, очевидно, тоже думал о ее отъезде, потому что протестующе покачал головой:

— Я бы тоже поехал с вами, Алисон, если бы мог, но долг не позволяет мне покинуть город. Боюсь и думать о том, что случится, если я не смогу вас защитить.

— У вас нет причин тревожиться, Эрве. Уверена, что эскорт, который вы нам дали, сможет справиться со всеми трудностями.

— Но я лучше смогу позаботиться о вашей безопасности именно здесь!

— Мы и ваши люди будем вооружены. Вы ведь знаете, что я прекрасно стреляю.

— Однако я предпочел бы, чтобы вы остались в Алжире, — с упреком заметил полковник. — Признаюсь, не пойму, что заставляет вас так серьезно рисковать.

Алисон почувствовала прилив раздражения. По мнению Эрве, женщины просто не имеют права увлекаться путешествиями. Но она не может измениться просто потому, что у него столь отсталые представления о том, как должны вести себя женщины.