Почему в тот пасмурный печальный день Кэтлин вспомнился странный полузабытый эпизод из детства и так грустно защемило при этом сердце? Дело было в июле, они с Джейн гуляли у реки, а Максвелл Рич, их школьный приятель, натягивая бечевку, восторженно наблюдал, как в небе парит его пестрый воздушный змей.

– Эй, Кэтлин! – услышала вдруг она его меняющийся надтреснутый голос. – Хочешь подержать? – Он кивнул на петлю бечевки в своей руке.

Но не успела она и рта раскрыть, как к Максвеллу подошла Джейн и потребовала:

– Дай мне!

Мальчишка хотел было возразить, но конец веревки в одно мгновение оказался в руках Джейн.

– Смотрите! – крикнула она, засмеялась и разжала пальцы.

Верховой ветер тут же подхватил пеструю игрушку и помчал свою добычу к облакам…

Присутствующие на похоронах так враждебно смотрели на Кэтлин Хейнз, что пронизывающий атлантический ветер казался ей легкой прохладой по сравнению с их колючими взглядами, пробиравшими до самых костей. Все молчали. Благовоспитанные жители Элсуэрта, видимо, сочли святотатством открыто выражать возмущение в ее адрес, прежде чем тело одной из достойнейших дочерей города будет предано земле.

Свои устные обвинения они приберегли на потом, готовясь излить их на непутевую голову легкомысленной Кэтлин во время поминального ужина в особняке Феллеров, даже если ее самой там не будет. То, что Кэтлин недвусмысленно вычеркнули из списка участников траурной церемонии, уже само по себе звучало как немой упрек.

– Мир праху ее… – нараспев произнес священник заключительные слова молитвы.

Мать Джейн, Лесли Феллер, сдержанно всхлипнула и протянула руку к гробу. Из-под полуопущенных ресниц Кэтлин увидела, как Беннет Феллер в безмолвной скорби сжал руку супруги. Слева, тяжело опираясь на трость и склонив голову, стоял красивый молодой мужчина. Взглянув на его по-прежнему густые волосы, преждевременно тронутые сединой, Кэтлин вспомнила, как в последний раз прикасалась к ним восемь лет назад.