— Ладно, прощаю, — прошамкал бухгалтер, поправляя во рту протез, который постоянно выскакивает. — Так и быть, поговорю с банкиром, уломаю…

В давние времена судьба свела в одной комнате, гордо именуемой бухгалтерией, всемогущего бухгалтера и бесправного счетовода. Они не то, чтобы подружились — какая, спрашивается, может быть дружба между человеком, приближенным к начальству и рядовым клерком? — просто привыкли друг к другу.

Прошли годы, прошерстили служебные и человеческие отношения жителей России, вознесли одних, бросили в болотную тину других. Рядовой счетовод превратился во владельца престижного банка, его прежнее начальство — бухгалтер стал нищим пенсионером. И все же Альфред Терентьевич не забыл «приятеля», навещал его, изредка «подкармливал». Тот, в свою очередь, навещал банк, подолгу просиживал в операционном зале. Насторожив далеко не старческие уши, засекал нелестные отзывы некоторых служащих в адрес хозяина. Добытые трофеи торжественно выкладывал банкиру.

На этот раз он не задержался в зале — поспешил в кабинет «благодетеля». С месяц тому назад Альфред Терентьевич вскользь посетовал на крайнюю необходимость найти честного инженера, специалиста самой высокой пробы. Для строительства загороднего особняка.

Откровенность была воспринята, как служебное задание начальства. Тем более, что смертная тоска измучила все еще деятельного пенсионера. А тут привалило счастье снова заняться «живым» делом, почувствовать себя кому-то нужным, за что-то отвечающим! Тем более, что Басов непременно поощрит старого «друга» за оказанную помощь, следовательно, пусть одноразово, но увеличится получаемая нищенская пенсия, позволит хотя бы пару недель ощутить себя беззаботным человеком.

Активно сооблазняя безработного соседа, бухгалтер-сводня не менее активно распевал Басову хвалебные дифирамбы в адрес своего протеже. Поминутно вытирая слезящиеся глаза, поправляя чертову челюсть и шмыгая вечно простуженным носом, азартно посапывал, дергал головой и размахивал руками.