Сплошная ересь, подумал Басов, не отрываясь от сводок, нужны мне министерские заслуги будущего работника, как собаке пятая нога. Главное — опыт и надежда на вознаграждение.

— А вы кто? — неожиданно спросил он, прижимая к глазам падающие очки. Будто впервые видел старого приятеля.

Бывший бкхгалтер обидчиво заморгал. Седые волосенки, окружающие огромную, в полголовы, плешь, казалось, возмущенно задрожали.

— Сотрудник…у которого вы счетоводом работали… Альфред Терентьевич. Вы еще попросили подыскать… Вот я и доставил…

— Спасибо. Можете итти… Ах, да, расчет за услугу. Простите, совсем забыл.

Бухгалтер возражать не стал, ни слова не вымолвил о благодеянии, не требующем оплаты. Стыдливо отвел в сторону глаза. Пришлось Басову, возвращаясь от стоящего в противоположном углу сейфа, втолкнуть в карман пенсионера несколько банкнот.

Бухгалтер неловко поклонился и ушел. Его мучило чувство стыда и гнева на Басова. Подумать только, ни за что так унизить человека? И кого — старого сослуживца, с которым много лет нынешний банкир сидел в утлой комнатушке артельной бухгалтерии!

Позже, после устройства подопечного на работу, пенсионер подстерег его возле подъезда. Поинтересовался достатками, прозрачно намекал на обещанный «пузырь»…

— Конечно, Альфред — хам, — шепелявил он, оправдывая унизительную сценку в кабинете банкира. — Но его можно и понять, и простить. Кому интересно афишировать близкие отношения с нищим старичком? На следующий день я загляну к Терентьичу — добрые полчаса будетизвиняться…

Машкину тогда было не до хныкающего соседа — он мысденно анализировал короткую беседу с работодателем. Оставшись наедине с претендентом в прорабы, Басов перешел на телеграфный способ общения.

— Времени для длительной беседы нет. Тем более, вас рекомендует бывший мой приятель, — которого ты выставил за дверь, ехидно подумал инженер. — Строю загородный коттедж. Нужен не только прораб — полновластный представитель. С правом оплаты и приемки работ. Будете получать две с половиной тысячи долларов. На всем готовом.