Машкин согласно кивал, Любовь Трофимовна прятала насмешливую улыбку, постукивала по краю стола наманикюренными пальчиками. Будто репетировала полузабытую мелодию. Или аккомпанировала мужу.

Подобную вольность по отношению к всесильному банкиру могла позволить себе только любимая и молодая женщина. Ибо огромная разница в годах видна невооруженным взглядом. Впрочем, какое дело прорабу до взимоотношений хозяев? Его задача намного проще: точно выполнить все желания банкира и получить обещанные вознаграждения.

— Стоимость проекта и строительства значения не имеет. Прошу не торговаться и не скупиться. Наоборот: щедрость и еще раз щедрость! Запросят двести баксов — платите триста… Все понятно?

Инженер вежливо поднял руку. Будто ученик, осмелившийся ответить на сложный вопрос преподавателя, когда его товарищи стыдливо спрятали головы под парты.

Банкир недовольно поморщился — терпеть не мог непонимающих и спрашивающих. Подчиненный обязан понимать с полуслова, с полужеста, в противном случае с ним нужно расстаться. Чем быстрей — тем лучше. Не дожидаясь, когда нерасторопный работник нанесет трудно восполнимый ущерб.

— Что у вас?

— Какую сумму вы выделяете? Хотя бы приблизительно…

— Я уже сказал: безразмерную. Сколько потребуется, столько и будет… Полагаюсь, Любонька, на твой вкус. Повторяю, выбирайте самое лучшее, самое престижное… Все? На обед сегодня меня не ожидай, — Басов отвернулся от прораба, изобразил на толстом лице любящую улыбочку. — Назначена деловая встреча в ресторане… Вечером увидимся… Ужинать отправимся в «Метрополь»…

Банкир рассеянно чмокнул воздух на приличном удалении от пухлой щечки супруги, поддернул ситцевые нарукавники и снова возвратился к своим бумагам. Прощаться с прорабом посчитал ненужной роскошью…

Басова и Машкин вышли в приемную. Женщина, сохраняя на лице прежнюю насмешливую гримаску, села на диван, закурила. Кивнула на место рядом с собой.

— Садитесь.