Стоит ли рисковать? Слишком велика опасность получить выстрел в упор или «случайно» свалиться с моста в реку. Самое меньшее, что ему угрожает — снова превратиться в безработного.

И еще одно останавливало его. В бесстыдных признаниях женщины, в ее напускной грубости прослушивался надрыв. Видимо, нелегко дается ей совместная жизнь со стариком, зацикленным на банковском бизнесе. Нередко Машкин замечал в ее взгляде спрятанную грустинку. И она, эта грустинка, перечеркивала самые откровенные признания, самые грубые выражения.

Как же заниматься плотской любовью с женщиной, судьба которой вызывает чувство жалости? Одно исключает другое: либо секс, либо жалость.

И Машкин подавил в себе саму мысль о возможной близости с красоткой «без комплексов»…

В конце концов, мучения с выбором проекта дома завершились удачей. Малоизвестный архитектор за солидное вознаграждение разработал проект, удовлетворивший непомерные требования заказчицы, опирающиеся на инженерные познания помогающего ей инженера.

— Все, Феденька, мы свое отработали. Бугай будет доволен, — помолчала и вдруг тихо проговорила. — Знаешь, иногда мне жалко мужа. Какой-то он… пришибленный жизнью, что ли. Ни литературы, ни телевизора, ни театров, ни концертов. Сидит за своими бумагами и калькуляторами. Даже любовью толком не занимается — всегда с оглядкой и спешкой…

Помолчала и — снова ожесточилась.

— А вообще — бугай… Нет, не бугай — вонючий козел, импотент, гладиатор. Только и знает — поглаживать! Будто с ним в постели — не живая женшина — вексель!

Странная все же она, хозяйка! То — вызывающе дерзкая, на грани самого черного мата, то — озлобленная до ненависти, то — жалкая… Вот и сейчас пожалела супруга и тут же окатила помоями. А вчера одаривала такими мутными словообразованиями — у Машкина кружилась голова…

На следующий день аккуратно переплетенный проект был торжественно положен на рабочий стол банкира. Для одобрения и утверждения. Равнодушно перелистав плотные листы с фасадами, планами, расчетами и деталями конструкций, Басов откровенно зевнул.