Только бы возвратиться из спецрейса живым и невредимым. Не в запаянном гробу.

И все же интересно, что лежит в грузовике под брезентовым тентом?

Правда, содержимое «спецгруза» не должно его интересовать — мало ли что доводится перевозить, всем интересоваться — свихнуться можно. Но нередко приходится — слишком часто взрываются самолеты и поезда, машины и здания. Где гарантия, что в кузове не спрятан взрывпакет?

Механик обошел вокруг грузовика. На подножке сидел старший лейтенант с книгой в руках.

— Что читаешь, старлей? — издали начал механик. — Детективчик, небось? С убийствами, бешенным сексом, утюгами на пузе…

Он бесцеремонно взял книгу. Надо же — химия! Впервые довелось встретить офицера-мотострелка, интересующегося науками. Тем более в «реформенное» время, когда все науки сливаются в одну — как прожить без денежного содержания, без тепла и электричества, где добыть кусок черствого хлеба? Желательно, с маслом и колбасой.

— Заочник? — постарался он скрыть свое удивление, будто занятие химией — невесть какой криминал. — Учишься?

— Да, учусь… Приходится готовиться к гражданке. Похоже, скоро начнут разгонять армию. Не нужны мы стали, повсюду — мир да благодать. Да и кто станет нас завоевывать, кому мы нужны? Еще Бисмарк говорил: кто не кормит свою армию, будет кормить чужую… Вот и готовимся откармливать не то немецую, не то американскую…

Как водится, офицеры посудачили о современной жизни, о семьях, о перспективах. Типа двух торговок на рынке, пытающихся сбыть залежалый товар и не умеющих это делать. Ибо взаимные жалобы в чем-то походят на этот «товар», никому не нужный, всем надоевший, набивший оскомину.