А она-то его жалела! «Бедный Хэнки заболел, вытри носик, надень носочки!» Похоже, отнюдь не температура, а совсем другая дама сразила Хэнка и уложила его в постель.

Глаза Рэйчел наполнились слезами. Она в полной мере ощутила, что любит мужа еще сильнее, чем в день свадьбы, и совершенно не представляла, что будет делать, если всему этому не найдется какое-то невинное объяснение.

Хотелось бы знать какое, когда в спальне задернуты шторы, Хэнк в рабочее время дома, а на лестнице валяется женское белье...

Она почувствовала, что ноги ее трясутся и стоять все труднее и труднее. Дрожащей рукой Рэйчел отбросила с лица пряди слипшихся волос, с которых капала мутная вода. Единственный выход из ситуации – узнать, что же на самом деле происходит.

Даже не подумав снять грязные сапоги, она попыталась сделать шаг, но споткнулась о первую ступеньку лестницы и, чтобы не упасть, схватилась за стойку перил.

Слезы сдавили ей горло. Она была так потрясена и слаба, что с трудом могла собраться с мыслями.

Нет, Хэнк не мог меня предать! Не мог предать! – стучало в висках.

Так, надо сесть и успокоиться. Рэйчел устроилась на ступеньке, привалившись спиной к перилам. Допустим, Хэнк все-таки заболел и решил вернуться домой. По дороге он заехал в магазин и сделал кое-какие покупки, зная, что еще несколько дней не сможет выбраться в город. И, чтобы как-то расшевелить их угасающую страсть друг к другу, купил для нее сексуальное белье. Возможно, он просто обронил что-то из своих покупок, поднимаясь по лестнице в спальню.

Головная боль усилилась настолько, что Рэйчел пришлось долго массировать виски, прежде чем подняться и продолжить свой мучительный путь наверх. Болезнь совсем измотала ее. Стоило совершать такую изнурительную поездку с работы домой, чтобы обнаружить Хэнка в объятиях другой женщины...