Если бы дон Фелипе очутился сейчас здесь, он бы, несомненно, возгордился теми преобразованиями, что произошли за последние сто семьдесят два года. Однако покойному дону Фелипе не приходилось таскать почту. А Хансону приходится.

Старенький почтальон остановился перевести дух перед многоквартирным домом, соседствующим с Каса-дель-Сол. Он сам был свидетелем кое-каких изменений. За сорок два года его работы в почтовом ведомстве его уютное местечко с разрозненными домами, где все друг друга знали и где вдоль его маршрута были даже две апельсиновые рощи, одна оливковая и ранчо, превратилось в район, почти сплошь застроенный многоквартирными домами, заселенный чужаками. И говорили, что это еще только начало.

Он перенес вес одной ноги на другую, потом снял свой серый тропический шлем и вытер пот с кожаного ремня, пока любовался относительно новым Каса-дель-Сол.

Любителям многоквартирных домов здание, несомненно, должно было нравиться. Псевдомавританская архитектура, тридцать четыре ультрасовременные квартиры, увенчанные пентхаусом с двумя спальнями, — все это возведено вокруг внутреннего мощеного двора, вмещающего большой плавательный бассейн с подогревом. Прекрасно спланированный сад, возвышаясь над гребнем холма, дополнял вид на город из окон квартир на втором и третьем этажах и пентхауса.

Принимая во внимание свою зарплату чистыми, Хансон спросил себя, как он уже сто раз спрашивал, каким образом молодые пары оплачивают столь дорогую аренду. Ответ на это был очевиден. В большинстве случаев оба, и мужчина и женщина, работают. А когда кассиры в супермаркете зарабатывают по сто двадцать пять долларов в неделю, второразрядные боксеры, вроде Марти Восходящей Звезды, получают баснословные гонорары за то, что позволяют показывать по телевизору свои стеклянные челюсти, а хорошенькие распутницы, вроде Колетт Дюпар, заламывают и получают от пятидесяти до ста долларов за кувырок, почти каждый может позволить себе жить где угодно. Потом, опять же текучесть, особенно в меблированных квартирах, была огромной.