Поскольку Ева уже тогда испытывала неутолимую жажду знаний, поскольку она предпочитала чтение любых книг, которые попадались ей в лагерной библиотеке, игре с куклами или участию в интимных играх, которым предавались другие девочки после занятий в школе, все считали ее немного странной. Даже мальчишки не обращали тогда на нее никакого внимания.

Ева взяла сигарету со столика в комнате и вернулась к перилам.

Потом, внезапно, ее маленькое детское тело начало быстро расти и развиваться. И вот однажды, летним днем, когда ей было одиннадцать и в безлесом лагере стоял зной, такой же палящий, как калифорнийское солнце, светившее на нее сейчас, она принимала холодный душ в опустевшей на время женской умывальной. Именно тогда у нее случилось первое…

Ева глубоко затянулась сигаретой. Слово «приключение» подходило не хуже любого другого.

Она намыливала свой живот и слабый золотистый пушок, предвещавший скорую половую зрелость, когда, подняв взгляд, увидела мальчика, нового мальчика из лагеря, разглядывающего ее через открытое окно.

— А знаешь, детка, — сделал он ей комплимент на немецком. — Ты вроде маленькая и костлявая, но хорошенькая.

Прямо как маленькая светловолосая кукла.

— Danke [Спасибо (нем.)], — поблагодарила она его. Потом стыдливо прикрылась руками, ожидая, пока он уйдет.

Но, вместо того чтобы уйти, мальчишка оглянулся через плечо, забрался в окно и подошел к душевой кабинке.

— Очень хорошенькая, — повторил, присматриваясь к ней вблизи.

Ева, насколько помнила, слегка разволновалась, но была скорее польщена, нежели смущена комплиментами и вниманием, впервые оказанным ей с тех пор, как умерла тетя Гертруда.

— Danke, — снова поблагодарила она его.

Потом мальчишка — насколько Ева могла судить, он был лет двенадцати и нервничал и стеснялся почти так же, как она, — взял мыло из ее руки и предложил ей помочь намылиться, и, не зная, как его остановить, она ему позволила. Он намылил ее набухающие груди, маленькие ягодицы и внизу — между бедрами, и настолько возбудился, что выронил мыло, протянул руку вверх, выключил воду и забрался к ней в душевую кабинку.