Почему-то ей хотелось, чтобы у друга глаза были раскрашены непременно каким-нибудь сочным колером, например фиолетовым!

– Позволь, Юляша! Что значит, как у вареной рыбы?! Это навыкате, что ли? – оскорбился Ярик и даже отложил в сторону нож с недочищенной картошкой. – У меня просто прекрасный разрез глаз! Правда, из-за очков этого не видно, но ты-то могла бы заметить!

Юлька разочарованно крутила парня в разные стороны и цокала языком.

– М-да… ну и дети у нас будут – у тебя никакой таинственности в глазах, у меня… Ярик, а какие у меня глаза?

– У тебя? – Ярик стушевался. Похоже, он тоже не слишком часто заглядывал в очи любимой.

Он старательно протер очки и приблизился прямо к Юлькиному носу.

– У тебя, Юля… Ну я не могу сказать так сразу, навскидку! Вот посмотри в окошко и скажи, что написано на крыше соседнего дома?

– Там ничего не написано, – вздохнула Юлька, – там чердак.

Ярик похлопал ресницами и кинулся к окну.

– Черт… надо же, и в самом деле – чердак. Пора мне менять очки. Неужели зрение падает?.. А у тебя, Юленька, скорее всего единица, м-да…

– Ярик! Я не просила ставить диагноз! Я тебя спрашиваю: какого цвета мои глаза? – раздраженно топнула ножкой девушка.

Ярослав мудро помолчал, потом старательно протер очки и из него полилось:

– Вообще, если быть совсем точным, то у тебя интересный оттенок карего цвета. Дай-ка посмотрю… Точно, оттенок карего, однако при определенном световом луче…

– Вот зануда. Нет чтобы сказать, что они зеленые.

– Зеленого цвета у глаз не бывает! Бывает… – снова кинулся в рассуждения любимый, но Юлька его прервала.

– А синие? Ярко-синие бывают? Ладно, молчи уже, а то опять про световой луч начнешь… Слушай, Ярик, я давно хотела тебя спросить, а на кой черт ты таскаешься в таких толстенных очках, когда можно устроить себе совершенно потрясающие линзы? Например, как у кошки, чтобы такой вытянутый зрачок!