Мэдди снова поспешила за Линком.

— Мистер Кориэлл, как я уже сказала, мне очень нужно попасть в Аспен сегодня вечером, — продолжала она настаивать на своем.

— Как вы сказали, это вопрос жизни и смерти, — наконец ответил он, приближаясь к небольшому самолету. Он остановился и, поставив сумку около самолета, повернулся к ней. Она вновь увидела свое отражение в его солнечных очках. — Видимо, это не столь важный вопрос для вас, раз вы забыли такое обыденное слово, как «пожалуйста».

Линк смотрел на Мэдди, понимая, что такие слова, как «пожалуйста» и «спасибо», не входят в список постоянно употребляемых ею.

Что же может заставить такую неприступную и холодную женщину стать мягче? Был ли ее стервозный характер следствием воспитания или ее испортило полученное наследство? Что скрывается за ее красотой: настоящая страсть или леденящий холод?

Отец и мать отдали девочку на воспитание бабушке, и она вырастила се такой заносчивой. Линк знал, что у мисс Сент-Джон была непростая жизнь. У него была не лучше, но он смог преодолеть все, неоднократно испытывая судьбу и рискуя многим.

Но за красотой и богатством Мэдисон Сент-Джон скрывалось нечто необычное. Может, это только казалось ему. Но если это действительно так, то было бы даже любопытно сорвать с нее маску. Единственное, чем он рисковал, — это несколькими часами, проведенными с ней в самолете.

Оставив ее стоять около самолета, он дал ей возможность совладать со своей гордостью и попросить об одолжении в более вежливой форме, не забыв при этом слово «пожалуйста». Мэдди, испытав неловкость за свои «извините меня», думала, что «пожалуйста» — это уже чересчур.

Линкольн ждал и наблюдал, как румянец на ее щеках становился густо-розовым. Она старалась не встретиться с ним взглядом, чтобы не видеть в его глазах торжество. Если бы ситуация перевернулась и последнее слово осталось за ней, то наверняка он смог бы увидеть то же самое торжество в ее глазах.