Она подозревала, что таких мужчин нельзя купить или обмануть, и единственное, чем она может расположить его к себе, — это робость, которую она неожиданно почувствовала. Дружелюбная улыбка на ее лице была необходима, чтобы произвести нужное впечатление. Мэдисон могла бы найти и другой самолет, но вряд ли раньше завтрашнего дня, а это было бы уже поздно, и ей пришлось мобилизовать весь свой шарм.

— Мистер Кориэлл, — сказала Мэдди, нагоняя его, — я слышала, вы летите в Колорадо.

Линкольн продолжал идти, почти не обратив внимания на ее реплику. Она попыталась улыбнуться еще дружелюбнее, поймав на себе его мимолетный взгляд, но поняла, что получилось невпопад.

Она ускорила шаг, пытаясь не отставать от Линка.

— Я согласна заплатить, — убедительно, по ее мнению, добавила она, стараясь оставаться любезной.

Ответа не последовало, и она почувствовала себя оскорбленной. Охватившее се ощущение заставило ее замедлить шаг. Линк продолжал движение, и, поколебавшись, Мэдисон вновь поспешила вслед за ним, хотя необходимость его убеждать вселила в ее душу негодование.

— Мне нужно попасть в Колорадо сегодня вечером, мистер Кориэлл, — вновь сказала она. Зардевшись от смущения, Мэдди огляделась вокруг, чтобы убедиться, что за ними никто не наблюдает. В следующую минуту она уткнулась в спину Линкольну — он резко замедлил шаг, когда она оглядывалась. Смутившись, она отпрянула, как будто ее обожгло огнем. Он обернулся, и на его губах появилась язвительная улыбка.

Не забывая, что нужно быть вежливой, чтобы все-таки попасть в Колорадо, Мэдисон вновь улыбнулась, но эта улыбка получилась еще неестественнее, чем прежняя.