— Подруга в курсе моих дел, но решение я приняла вполне самостоятельно. Она не вмешивается в мои личные дела.

— Да, понятно. Звучит уже лучше, более откровенно. И не надо бояться сказанного. Это не допрос и не экзамен. Вы пришли сюда добровольно и в любое время можете покинуть этот дом. Сами будете решать, подходит ли вам то, что я предлагаю.

Собеседник внезапно наклонился и коснулся ее ступней.

— Я предлагаю вам снять сандалии.

— Это еще зачем? — взвилась Кристель.

— Чтобы вы почувствовали себя более раскованно.

— Несколько неожиданный аргумент. — Она вдруг заметила, что он уже был без обуви. Красивые пальцы на ногах, не испорченные тесной обувью. Пальцы человека, привыкшего ходить босиком по деревянным полам и зеленым лужайкам. — Исходите из личного опыта? Ну хорошо…

Наставник внимательно проследил за тем, как она рассталась с сандалиями, аккуратно пристроив их рядом с босыми ногами. И даже выразительно пошевелила пальцами ног, демонстрируя свое раскрепощение. Затем продолжил разговор.

— Итак, вы заявили, что сами не знаете, почему откликнулись на мое объявление. Сообщили, что увлекались в прошлом живописью. Что же случилось потом? Охладели к этому? Появились новые увлечения? Или вмешались внешние обстоятельства? Что-то или кто-то помешал?

— В основном, кто-то. Точнее, мой бывший муж. Преуспевающий адвокат из Парижа, приехавший навестить своих родственников в маленький провинциальный город и встретивший там юную студентку колледжа. Он был на десять лет старше меня. Очень уверенный в себе, красноречивый и достаточно состоятельный. Ему было несложно покорить наивную провинциалку. Я была от него без ума. Увидела возможность вырваться в новый ослепительный мир из серого бытия, в котором все было связано с вином, в котором говорили только о вине и ценах на него. Мне даже завидовали подруги. Думали, как и я, что меня ждет необычайно красивая жизнь. Как в сказке о Золушке, встретившей своего принца.