- Да, Сереж, сходство поразительное, поэтому

оправдывайся - не оправдывайся, а в каком-то поколении влилась в тебя цыганская кровь, это я тебе точно скажу,- Света опять улыбнулась.

Может быть,- сказал Сергей пренебрежительно.- Иногда мне кажется, что я на самом деле цыган. Ну и что? Цыган, так цыган. Но не попрошайничаю, не ворую, не обманываю и не лодырничаю. Я вообще хороший! Не веришь?

Чтобы верить - надо проверить. Кто теперь на слово верит, тем более саморекламе? Я так поняла, что ты по той формуле действуешь: кто тебя похвалит, если сам себя не похвалишь?

Так ведь и то верно! А так хочется, чтоб похвалили...

Вообще-то похвалу всегда заслужить надо, но мне непонятно, почему тебе ее так хочется? Ругали часто? - спросила Света,

Ну, если честно, то хочется не похвалы, а просто- напросто женского внимания,- и на Свету посмотрел со значением.

Сереж, да неужели женщины на тебя внимания не обращают?

Да я бы не сказал, что очень избалован их вниманием.

Ну, подожди, Сережа, мы тебе здесь найдем самую лучшую,- сказала Света и посмотрела на Гену как бы в подтверждение своих слов.

Каким необыкновенно радостным, благодарным и многоговорящим взглядом одарил ее Гена. Света ответила ему таким же, она поняла, что весь предыдущий разговор с Сережей он воспринял болезненно. Неизвестно, видел ли Сережа, как они обменялись взглядом, который протянул между ними тоненькую ниточку взаимной симпатии, он смотрел в даль залива, но затем тоже перевел взор на Гену, который едва успел притушить свой взгляд, предназначенный одной Светлане, и сказал этаким проходным манером, как бы тоже призывая Гену подтвердить его слова: