За ним раньше не замечалось столь тонких чувств. Ей пришло в голову, что если они могут позволить себе купить новую машину, то почему бы им не жить в собственном доме, чтобы ей не приходилось встречаться с ними каждый день? В это время Джесси пожаловалась, что ей тоже не нравится ее машина, что она устала ездите в «мерседесе», на покупке которого настоял Уэбб, хотя она сто раз говорила ему, что ей хочется что-нибудь стильное, например, спортивную машину.

У Роанны не было машины, хотя Джесси получила свой первый автомобиль, когда ей исполнилось шестнадцать. Бабушка считала, что из соображений безопасности Роанне ни к чему самостоятельно выезжать на шоссе, и девушку это не особенно огорчало — ей больше нравилось ездить на лошади. Но сейчас бесенок, сидевший в ней, поднял голову.

— Я тоже хочу спортивную машину, — окинув всех наивным взглядом, сказала Роанна, — мне бы хотелось мудак… нет, «мудиак-Гран При».

Глаза тети Глории наполнил ужас, и она с грохотом уронила вилку в тарелку. Дядя Гарлеи подавился тунцом и, отдышавшись, расхохотался.

— Юная леди! — Бабушка ударила кулаком по столу, и Роанна виновато опустила глаза. — Ты прекрасно знаешь, что эта модель называется «понтиак-Гран-При», и не делай наивных глаз. Ты ведешь себя недопустимо. — Ее блеклые голубые глаза блеснули. — Выйди из-за стола! Я договорю с тобой позже.

— Извините. — Роанна соскользнула со стула и выбежала из столовой, но недостаточно быстро, чтобы не услышать, как Джесси произнесла со злостью:

— Как вы думаете, ее когда-нибудь можно будет сажать за стол с людьми?

— Я предпочитаю лошадей, — пробормотала Роанна, выбегая за дверь.

Она знала, что нужно подняться наверх и снова переодеться, но ей до безумия хотелось скорее убежать в конюшню после сцены в столовой.

Лойел завтракал в своей комнате около конюшен, просматривая при этом один из тридцати журналов по коневодству, которые он получал каждый месяц.