Виктор Ратников уволился с авиапредприятия в начале перестройки, так и не дождавшись, что в оборонке начнут достойно платить своим рабочим. Стал вкалывать в автосервисе, потом челночничать, потом однажды заработал на успешной перевозке героина и втянулся в доходный нелегальный бизнес. Теперь он сидел в кабинете того самого предприятия, где когда-то работал, но теперь частного, и ставил условия. Мысль вернуться на аэродром в другом качестве пришла к Ратникову, когда он узнал о дружбе Енгаева с Кудратовым. Один - под его "крышей", а чем хуже второй?
Енгаев молчал, глядя на отморозка. Ратников вкладывал в предприятие круглую сумму, требующую отмывания.
- Ну, как вам кандидатура Степана Соркина?
В сущности, Ратникову не так и нужна была дойка "Пулковского Авиамеридиана". Торговля наркотиками приносила несоизмеримо больший доход, чем если бы ему платили проценты с доходов предприятия. Была другая причина. Очень важная. Доставка этих самых наркотиков. Поэтому его крайне обидел ответ Енгаева:
- Вон отсюда!
Ратников с самого начала не обольщался, что получить контроль над фирмой удастся без трений и проблем. Но не так же надо отвечать на деловые предложения! Хам какой-то, этот директор.
- Ты меня не понял, Эльдар. Если у тебя уже есть крыша, мы её перекроем. А грубить мне не надо. Даже если мы станем партнерами, я тебе этого не забуду. Заруби себе на носу: ты и Соркин должны будете сидеть за одним столом. На Совете директоров, разумеется Это раз. Второе, охрану предприятия будет осуществлять специализированная фирма, а не бабушки-контролерши. Ответ жду завтра.
Нет, Енгаев был не из пугливых.