Гусаров каждые пол часа обходил длинные вереницы привозимых людей, вглядываясь в лица. К часу ночи задействовали пятьсот метров второго этажа. Следователи, ведущие опросы задержанных, периодически сообщали что-либо, имеющее отношение к делу. По дороге к кабинету Гусарова остановил Глушков:

- Андрей, там один колется, будто Буташев в городе.

- Да ну? С перепугу, должно быть. Буташев из-за бугра не должен так быстро вернуться. Там ему отсидка светила.

- Я тебе сказал.

- Извини, устал я. Покажи мне этого хитрилу. Валит с больной головы на нездоровую.

Войдя в кабинет следователя УРОПД, Гусаров засмеялся, едва взглянув на крепко сбитого задержанного.

- Да это же... Так, дай вспомню... Пингвин?.. Нет... Пеликан! Точно? Вот так встреча! Давно тебя не видел. Помнишь меня?

Андрей с радушной улыбкой смотрел на задержанного, но тот вместо приветствия отделался невнятным мычанием. Усевшись за стол Глушкова, руоповец пояснил следователю:

- Это, можно сказать, главный бригадир Святого. Помнишь авторитета, который чуть Буташева не заломал? Мужик головастый, несколько жизней имел, так?

Гусаров снова рассмеялся, ожидая ответа Пеликана.

- Поменял паспорт, имя, а себя выдал за покойного, даже могилку свою соорудил. Так? Ну что молчишь?

Гусаров посмотрел в протокол, который вел до этого Глушков.

- Как тебя... Антон Антонович, правду я баю? А теперь ты мне сказку расскажи.

Пеликан тупо смотрел перед собой.

- Что молчишь?

- А что говорить? Я все сказал гражданину следователю. А вас я не знаю.

Гусаров вскочил.

- Я тебе представляться должен? По протоколу с тобой говорить? Мне, гнида, нужен тот, кто убил моего сотрудника и мне не до представлений! Что ты тут говорил про Буташева?

Видя нервное состояние Гусарова, Глушков заступил дорогу к задержанному. Пеликан ничуть не выглядел смущенным или испуганным криком руоповца.