Пол внезапно покачнулся под ногами у Дженнифер Аргайл, хотя она и сидела на стуле.

Дрожащим голосом, полным слез, она пролепетала:

— Это какая-то ошибка… Этого не может быть! Это нелепая, злая ошибка…

— Да. И именно ты, милая, ее совершаешь. В данный момент. А я здесь для того, чтобы остановить и спасти тебя.

— Это не может быть Дойл!

— Это именно он. Я следила за ним. Я видела его несколько раз за последние пять дней. Я фотографировала его из своей машины. Собственно, тут никаких подтверждений и не требуется.

Дженнифер вскинула голову.

— Хорошо. Допустим. Странно, что он изменил имя, но… почему ваша дочь развелась с ним?

— Она с ним не разводилась. Дженнифер вытаращила глаза.

— Вы хотите сказать, что Дойл… Дермот… этот человек все еще женат?!

На тонких, бесцветных губах пожилой женщины появилась страшноватая улыбка.

— Нет, в этом смысле все в порядке. Он не двоеженец. Он вдовец.

— О! Простите… Я не знала… Мне очень жаль…

— Еще больше ты пожалеешь, девочка, когда выйдешь за него замуж. Дермот Катнер убил мою дочь.

Дженнифер почувствовала, как вся кровь отхлынула от ее щек. Чтобы не упасть в обморок, она прижала ледяные пальцы к вискам.

— Послушайте… Если он убийца, то он должен был сесть за решетку, это же нельзя сделать так запросто — женился, убил, переехал, опять женился…

Женщина наклонилась к ней, взяла за руку и зашептала страстно и яростно:

— Он не просто убийца, моя дорогая! Он очень умный убийца. Он изворотлив и хитер, но я — я знаю наверняка. Скажи, ты подписывала какие-нибудь бумаги на этой неделе?

— Я не знаю… это были обычные документы, я в них плохо разбираюсь, вернее совсем не разбираюсь, но Дойл все взял на себя, ведь он юрист, и я…

— Если бы моя дочь меня послушалась, возможно, она была бы сейчас жива.