— Успокойся, Элфкинг. Ты не можешь сейчас идти за мной. Оставайся с этими людьми. Я сюда вернусь, но позже. — Эмил почувствовала, что на нее снова надвигается беспамятство. — Боюсь, тебе снова придется меня нести, мистер Малколм…

— Нехорошо это, — пробурчал Малколм минутой позже, когда дверь тюрьмы захлопнулась за беспомощными пленниками.

— У тебя всегда было доброе сердце, — отозвался один из его друзей, впрочем, без осуждения в голосе.

— Малколм и впрямь слишком мягкосердечен, но на этот раз он прав, — заметил Лаган Данмор, кузен лэрда, который частенько навещал Макгуинов.

— Прав он или нет, но, пока Парлан в отлучке, наш лэрд — Артайр. Он приказал посадить парней в яму — значит, так тому и быть.

Лаган с Малколмом обменялись взглядами, после чего первый со вздохом произнес:

— Давайте молиться, чтобы Парлан не слишком задержался и к его возвращению за ребят все еще можно было бы взять выкуп.

— Или деньги, чтобы достойно их похоронить, — веско произнес Малколм, прежде чем удалиться.

Когда Эмил очнулась, ее со всех сторон окружала тьма.

Постепенно, правда, ей удалось различить кое-какие детали.

Прежде всего вокруг было сыро, а под ней находилась одна только холодная сырая земля. Потом, заметив над головой очертания решетки, она окончательно утвердилась в мысли, что находится в темнице, а возможно, в подземелье. Подавив острое желание закричать — девушка понимала, что это бесполезно, — она решила ни за что не выказывать тюремщикам своего ужаса.

Заставив себя усилием воли не думать об обитателях узилища совсем иного рода, которые наверняка ползали во тьме, Эмил принялась за поиски Лейта. В тесной яме отыскать брата не составило труда. Он по-прежнему был без сознания. Она положила голову Лейта себе на колени и, поглаживая, попыталась отыскать на ощупь следы ранений.

— Эмил? — простонал Лейт и сделал попытку подняться, но потом снова без сил откинулся на колени сестры.