Если Рори Фергюсон не был самим воплощением дьявола, то одним из его ближайших адептов - непременно. Сопровождая свои слова ударами кнута, он поведал своей жертве очередную порцию гнусностей. Внутренне Эмил сжалась и готова была заплакать, как маленькая. Ничто в жизни ее мамы не предвещало такого ужасного конца. Эмил даже подумала, что сатана во плоти не решился бы на те мерзости, на которые оказалась способна злодейская, исковерканная натура Рори.

Девушка молилась о том, чтобы пытки, на которые ее обрек Рори, не ослабляли ее духа. Мысль, что она просто обязана выжить - хотя бы для того, чтобы поведать миру истину о том, каков Рори на самом деле, немало этому способствовала. Должен был найтись человек, способный остановить Фергюсона и заставить его расплатиться по самой высокой цене за смерть ее матери, об истинной подоплеке которой, судя по всему, узнала она одна. Не считая, разумеется, Джорди, который, естественно, знал обо всем, но помалкивал. Надежда на справедливое мщение поддерживала Эмил.

Тем временем Джорди стал утихомиривать разошедшегося вовсю Рори. Как выяснилось, приятель и сообщник был единственной уздой, еще способной сдерживать Рори. Без содействия Джорди злодеяния Рори, вне всякого сомнения, стали бы известны людям уже давным-давно. Сквозь пелену боли Эмил подумала, что Джорди ничуть не меньше виновен, чем Рори, и руки его тоже по локоть в крови жертв.

Помогая хозяину скрывать болезнь, Джорди способствовал тому, что количество людей, сделавшихся жертвами его необузданного господина, все росло. А жертв было немало - в этом Эмил ничуть не сомневалась.

Пребывая в ожидании спасительного забвения, она прислушивалась к беседе мучителей, которая доносилась до нее сквозь туман боли.

- Ей необходимо передохнуть, прежде чем ты примешься за нее снова. Иначе она умрет слишком быстро.

- Этого допустить нельзя. Я должен взять от нее то, чего мне не удалось получить от ее матери. Слишком долго я ждал, чтобы лишить себя такой сладостной мести. - Рори сжал лицо Эмил и принялся трясти до тех пор, пока она не приоткрыла глаза, чтобы снова одарить взглядом своего мучителя.