– Ванну? – Андра со стыдом почувствовала, что голос ее дрогнул. Положив руку на горло, она постаралась успокоиться, а потом снова заговорила: – Но даже ужинать и то еще рано.

– Ужин подоспеет, когда вы выкупаетесь. Мэри поджарит на решетке картофельные лепешки и приготовит курочку в горшке. А я, может, приготовлю ваше любимое блюдо.

Позже Андра поняла, что сообщение о курочке должно было насторожить ее. Сайма позволяла зарезать курицу, только когда кто-то заболевал или когда заболевала курица.

Но сейчас Андре хотелось только одного – горячей воды и иллюзии комфорта.

– Куриный бульон с луком? – И, обернувшись, она посмотрела на строгое суровое лицо своей бывшей няни.

– Да-да, он самый, – заверила ее Сайма.

И вот Андра позволила отвести себя в спальню, где вымылась единственным припрятанным куском французского мыла, пахнущего розой. Она надела заранее приготовленную пару белых шелковых чулок – единственную имеющуюся у нее пару, – а также подвязки с кружевными цветочками на бантиках. А потом Сайма облачила ее в лучшее платье из розового канифаса. Длинные прямые черные волосы Андры были зачесаны наверх и уложены в самую изящную прическу, какую только умела делать Сайма, и в качестве последнего штриха домоправительница накинула на плечи госпожи шаль из бельгийских кружев.

Андра позволяла все это без возражений, воображая, что с ней нянчатся, как с ребенком.

На самом деле ее как агнца готовили к закланию.

И она поняла это, когда вошла в ярко освещенную столовую, где на покрытом льняной скатертью столе стояло два прибора. За столом Андра увидела его.

Хэдден Фэрчайлд, ученый, англичанин – и ее первый мужчина и единственный возлюбленный.

Глава 2