Кровь Фалькона заклокотала, плоть напряглась. Он и не собирался скрывать своего возбуждения. Раз она сама явилась к нему в дом, ей остается только смириться со всем увиденным.

Мара пришла в смятение от его жадного, откровенно сексуального взгляда. Мягкая ткань джинсов не скрывала выпуклости в сокровенном месте. С ней также творилось что-то необычное. Но еще больше смутило Мару то, как реагировало на это ее собственное тело. У нее перехватило дыхание и все внутри замерло в ожидании.

Но нужно было говорить о деле и уходить.

- Я пришла за помощью, которую вы предлагали мне год назад. Мне нужны деньги. Много денег.

Мара заметила, как резко изменилось выражение его лица, и поспешила закончить речь, прежде чем он выставит ее за дверь.

- Сюзанна очень больна. Она может умереть. - Мара проглотила болезненный комок, каждый раз встававший у нее в горле, когда она произносила эти слова. У нее лейкемия.

Фалькон мгновенно выпрямился, от его распущенности не осталось и следа: теперь он стоял посреди комнаты, опустив руки по швам.

- Грант последние месяцы перед смертью нигде не работал, и мы остались без медицинской страховки, денег на химиотерапию нет. Я обращалась в разные места, но всюду нам предлагали покинуть Даллас, а Грант говорил, что вы богаты, для вас это небольшие деньги, и я думаю, что для Сюзанны и для меня будет лучше, если мы останемся здесь. Вы поможете нам?

Во время этого произнесенного на одном дыхании монолога Фалькон придвинулся к Маре на несколько шагов. Но когда он протянул руку, чтобы выразить ей свое сочувствие, в чем она так очевидно нуждалась, она инстинктивно подалась назад.

Значит, ей нужны только его деньги, а сам он нисколько ее не интересует. Это ясно как день.

- Я буду работать на вас. - Она задыхалась. - Вести хозяйство, готовить, стирать - все что угодно. Я умею вести бухгалтерские книги. Я отработаю долг до последнего пенни, обещаю. Я.., я совершенно раздавлена: Помогите, прошу вас...