– Ах да, я забыл, что вы американка. Разрешите представиться: меня зовут...

– Виконт Хантерстон, – прервала она. – Я встречала вас раньше на балу у Сефтонов, а также на вечере у Монткаслов и на завтраке у Маркемов, на музыкальном вечере у Джоллетов и на... – Джулия увидела, как его глаза раскрываются все шире, и почувствовала, что кровь начинает стучать у нее в висках.

Алек негромко рассмеялся. При звуках его голоса ей показалось, что за всю жизнь она не слышала ничего приятнее.

– Мне нет прощения. – Он сокрушенно покачал головой.

– Прощения заслуживают все!

– Все? – Он был заинтригован. Джулия явственно ощутила прикосновение его взгляда, словно он дотронулся до нее. Она вспыхнула при одной только мысли о том, что он прикасается к ее рукам, плечам, а потом ниже...

– Не хотите ли немного выпить, мисс Франт? Позвольте помочь вам снять накидку.

Вместо ответа Джулия еще плотнее запахнула накидку и покачала головой:

– Нет-нет. Здесь довольно холодно...

Виконт с недоумением взглянул на нее из-под полуопущенных век.

– Возможно, вам действительно холодно, – пробормотал он, – но, по-моему, здесь скорее жарко.

По ее спине пробежала легкая дрожь. Конечно, он с ней не флиртует. С ней никто никогда не флиртовал.

– Вы ведь и сами в пальто, – напомнила Джулия.– А оно гораздо теплее моей одежды.

Виконт на секунду сосредоточился.

– Ах вот в чем дело!

Поставив кружку на камин, он снял свое просторное пальто и бросил его на стул.

Джулия невольно вздохнула. Может, Хантерстон и повеса, но одет он был с элегантной небрежностью, что никак не соответствовало слухам о его скандальном поведении: на изящно завязанном шейном платке ярко сверкала булавка с рубином, переливаясь алыми бликами; роскошное синее пальто выгодно подчеркивало ширину плеч, а при виде его превосходно сидевших, тесно облегающих светлых панталон Джулия отчаянно покраснела.