На столе лежали бумаги, присланные адвокатом Рамиреса. Опасаясь, что эмоции снова возьмут верх, Антон пробежал по листам взглядом и достал то, что искал.

— Это еще не все, — коротко произнес Антон. Из-под полуопущенных век он увидел, как его мать и дядя застыли в напряжении. — По утверждению Рамиреса, я не один такой несчастный. Где-то есть еще двое таких же, как я. Еще двое сыновей…

Еще двое братьев, матери которых тоже лгут им? Его рот скривился в презрительной усмешке.

— Если учесть, что Рамирес колесил по всему свету, то они могут быть где угодно…

— То есть он не говорит — где?

— Нет, не совсем, — медленно проговорил Антон. — Для него это было бы неинтересно.

— Но Рамирес же умер…

— Да, — кивнул Антон. — Но продолжает развлекаться за наш с братьями счет. — Он напряженно вздохнул. — Оказывается, он следил за нами троими все эти годы.

Это было ужасное ощущение. Рамирес знал об Антоне такие вещи, что мурашки бежали у него по спине. Он знал, где учился Антон, об его успехах в образовании. Он знал о каждом трофее, который Антон получил на спортивном поприще, и о каждой его мало-мальски серьезной сделке в бизнесе. Более того, он все знал о победах Антона и на другом поприще — личном.

— Рамирес считает, что мы все пошли в него и помешаны на сексе, — подытожил Антон с ослепительно белой улыбкой. — С высоты прожитых лет он решил преподать мне и моим братьям урок, который сам не смог усвоить, пока не стало уже слишком поздно. Этот Рамирес был весьма состоятельным, — продолжил он. — И речь не идет о паре жалких миллионов. Ему принадлежали алмазные и изумрудные прииски, нефтеносные скважины в Бразилии… — По выражениям лиц его матери и дяди Антон понял, что, похоже, он рассказывает им то, что они уже и так знали. Этот факт его не очень-то порадовал. — Мы, трое его сыновей, должны будем поделить это лакомый кусок, — объяснил он с сарказмом. — Как только мы выполним несколько условий, которые в своей последней воле указал наш дорогой покойный папочка — это ничтожество.