И вот. когда оба стана особенно яростно бились, нежданно-негаданно появился Кориней и ударил по врагу с тыла. Это воодушевило выступивших из лагеря, и они теснят неприятеля с другой стороны и стараются его уничтожить. А галлы, ошеломленные раздавшимися за их спинами кликами людей Коринея и сочтя, что на них идет большее число воинов, чем их было в действительности, торопятся покинуть поле сражения. Троянцы же неотступно преследуют их и, преследуя, поражают насмерть; и не перестают поражать до тех пор, пока не одержали победы. А Брута, хотя такое полное торжество над врагом и доставило ему величайшую радость, удручает все же печальная мысль, что численность его сотоварищей с каждым днем уменьшается, тогда как численность галлов неуклонно растет. Одолеваемый по этой причине сомнениями, должно ли продолжать биться с ними, он в конце концов предпочел, пока большая часть его воинов все еще невредима и, окрыленные победой, они преисполнены бодрости, отплыть на своих кораблях к тому острову, который предуказало ему божество. И, не мешкая, он с согласия подчиненных прибыл к своему флоту, погрузил на суда богатую добычу, которую успел захватить, и взошел на них со всеми своими людьми. Плывя с попутными ветрами к обетованному острову, он пристал, наконец, к Тотонскому побережью

21. На острове, который назывался тогда Альбионом

Итак, Кориней, преисполненный величайшего ликования, препоясавшись для борьбы и отложив оружие в сторону, вызывает Гоемагога на состязание в силе и ловкости. В начале схватки одолевает то Кориней, то гигант, и, сжимая друг друга в железных объятиях, они оглашают воздух своим учащенным дыханием. Вскоре, однако, стиснув Коринея изо всей силы, Гоемагог сломал ему три ребра, два справа и одно слева. Тогда Кориней, распалившись гневом, собрал все свои силы, взвалил Гоемагога на плечи и как можно быстрее, насколько ему позволял вес его ноши, устремился к берегу моря. Затем, взобравшись на вершину скалы, он распрямился, напрягся и сбросил в море вышеупомянутое, несущее гибель чудовище, которое держал на плечах. И гигант, падая с одной крутой скалы на другую, растерзанный на тысячу кусков, рухнул в воду, замутив ее своей кровью. Это место, названное в память падения гиганта со скалы, и поныне именуется Прыжком Гоемагога