Впрочем, ответ она хорошо знала. И не черти притащили этого мужчину. Он сам притащился. За ней. Потому как, видите ли, был ей необходим. То есть он так считал. И совсем забывал спросить у нее!

– Господи, как же он мне надоел! – тоскливо прошептала девушка. – И как мне от него избавиться? Стоп! Кажется, знаю!

Но додумать мысль до конца не успела. Потому что на ее шее сомкнулись чьи-то руки. А сдавленный крик, который она попыталась издать, был быстро приглушен. Два тела скрылись в темноте. И все, больше ни шороха, ни звука.

Высокий мужчина, который двигался в это время по ярко освещенной аллее, почувствовал неладное. Остановился и огляделся по сторонам. Но что он мог увидеть? Только густые высокие кусты. И ничего больше. Постояв немного и поразмышляв, мужчина пожал плечами и двинулся в обратном направлении. К тому месту, где за воротами старого парка начинался город с его обычной вечерней суетой, шумом проезжающих машин и зазывно сверкающей рекламой.

Мужчина вышел на хорошо освещенную людную площадь и вздохнул полной грудью. Итак, жизнь продолжалась. Только девушка, за которой он зашел в этот темный парк, больше в ней не участвовала.

Леся открыла глаза и тут же привычно зажмурилась от яркого солнца, которое било в окно. Солнце было таким ярким и беспощадным, словно Леся находилась не в своем родном до отвращения северном Питере, а за тридевять земель от дома, где-нибудь на Средиземном или Эгейском море. А на улице было не северное и довольно прохладное лето, а самый разгар южного сезона.

Повертевшись под одеялом и убедившись, что спрятаться от солнечных лучей все равно не получится, Леся простонала:

– И когда же это все кончится?!

Впрочем, вопрос был риторическим. Леся и сама прекрасно знала, что ремонт в ее квартире закончится еще очень не скоро. И значит, очень не скоро она сможет повесить на окна новые красивые занавески. Красивые и, главное, плотные! Леся специально подобрала в магазине такую ткань, которая гарантированно спасла бы ее от утренних беспощадных лучей. Потому что даже зимой по утрам, когда градусник на балконе показывал температуру под тридцать градусов ниже нуля, а уж весной, летом и осенью при любой температуре в утренние часы ее квартира превращалась просто в одну большую раскаленную консервную банку.