– Я в положении.

Выражение его лица нисколько не изменилось, а затем в глазах появилось некоторое разочарование и сожаление.

– Ксандра, не стоит так унижаться. Я не оставлю тебя без средств к существованию.

Как он мог подумать, что она шантажирует его, требуя финансовой поддержки! Она взглянула на кипу бумаг и футляр для ювелирных изделий, лежащие на столе. Жаль, что взглядом нельзя было превратить это в пепел.

– Я жду от тебя ребенка, Димитрий.

Он тяжело вздохнул, потирая пальцем переносицу.

– Ты всегда была честной и откровенной. Так и не надо опускаться до вранья. Неужели ты считаешь, что твоя ложь способна что-то изменить?

Он не верит ни единому ее слову. Истерический смех чуть не вырвался из ее груди. Он уверен, что сейчас она лжет, а в прошлом говорила только правду. Он искренне верит в то, что перед ним сидит Ксандра Фочен, известная французская манекенщица, сирота, выбившаяся в люди и сделавшая себе карьеру собственными руками. Он видит ее такой, какой видит ее весь мир. И он не верит, что она ждет от него ребенка.

Трагизм и ироничность ситуации чуть не лишили ее дара речи.

– Я не лгу.

Его по-прежнему циничный взгляд заставил ее действовать. Она раскрыла сумочку, запустила в нее руку и вытащила оттуда лакмусовую бумажку, которая была единственным доказательством ее беременности.

– Полоска говорит о положительном результате теста.

Она не знала точно, чего хотела от него добиться, но только не ярости.

Он схватил ее за запястье и тряхнул руку, зажавшую обличительный тест. Голос клокотал от ярости.

– Как ты смеешь показывать мне эту дрянь?

Что с ним происходит?

– Поверь, смею. Я не позволю тебе закрывать глаза на существование твоего ребенка только потому, что ты решил вступить в брак с другой женщиной.

Его губы судорожно скривились.

– Ты думаешь, что у меня нет головы на плечах? Ты не могла от меня забеременеть.