– Мэделейн, дорогая, что случилось?

Мэделейн быстро оглянулась, лицо ее было искажено ужасом. Она мгновенно подбежала к сестре и, схватив ее за руку, потянула за собой с балкона.

– Пойдем отсюда, Элли.

Александра решила все-таки остаться и выяснить, с чем связан испуг Мэделейн. Она огляделась… и замерла. Димитрий Петронидис направлялся к выходу.

Он замедлил шаг и обернулся.

– Я не хотел огорчать вашу супругу… – Слова его предназначались Хантеру.

Взгляд Димитрия скользнул по живописной картине, которую в данную минуту являли собой Александра с уцепившейся за ее руку сестрой. Но глаза его казались безжизненными и слепыми, словно он ничего не мог различать перед собой.

– Я в состоянии самостоятельно покинуть ваш дом.

И он ушел.

Еще раз.

Второй раз он уходил из ее жизни молча, не простившись и не взглянув на нее напоследок. То, что он ее даже не узнал, не приносило утешения.

– Прости меня, Элли. Я не знаю, как мог он здесь оказаться. С тобой все в порядке? Как ты? – Голос Мэделейн назойливо дребезжал у самого уха. – Я дала ему пощечину.

Наконец-то Александра уловила смысл длинной тирады сестры.

– Что ты сделала?

– Я ударила его по щеке и назвала грязной свиньей.

Александра выдавила подобие улыбки.

– Он этого вполне заслуживает. Как ты его узнала?

– Я сказала ему, что ты умерла. Я имела в виду, что Ксандры Фочен больше нет. В общем, не важно, он спросил меня, как это случилось. Не произошло ли трагической случайности из-за ребенка. И я сразу поняла, кто он.

– Ты сказала ему, что Ксандра умерла?

– Да, именно так она и сказала. Но, похоже, это не вполне соответствует действительности, правда? Ты жива, и я хочу крепко обнять вас обеих. – В их диалог ворвался гневный, ожесточенный голос Димитрия.

Шокированная его внезапным возвращением, Мэделейн, отпустив руку сестры, закричала:

– Убирайтесь отсюда немедленно!