Под его локтем возникла Джени:

– Блины или французский гренок?

– Французский гренок, – сказал он. У Джени – улыбка матери, только вот нечасто появляется на ее лице. На этот раз девчушка улыбнулась, и Джо выдохнул с облегчением: – Хочешь мне помочь?

– А можно яйца разбить?

– Конечно. – Эх и бардак сейчас будет, ну да ладно. Так и так все вокруг будет вымазано жиром от бекона и вареньем, и придется весь вечер все это оттирать.

Джени, подтащив стул поближе, взобралась на него.

– Четыре яйца, Джени, и все, достаточно. – Из шкафа над головой он достал то, что, как он надеялся, было чистой миской. – Клади их сюда.

– Кто-то едет! – проговорила Кэрин, всматриваясь в окно. – Куки лает, и свет от фар виднеется! Кто это едет, дядя Джо?

– Да разрази меня гром, кому это приспичило рулить сюда во время вьюги?! Золотце, не роняй скорлупки!.. – Слишком поздно. – Может, ваш дедушка решил остановиться по пути из города домой?

– Не-а, – сказала Кэрин, а лицо ее словно приклеилось к оконному стеклу. – Это не грузовик.

– Не грузовик?

– Нет, женщина.

Это привлекло его внимание, он отдал Джени ложку-мешалку и встал у окна рядом с Кэрин. – Ты ее знаешь?

– Нет. – Кэрин едва сдерживала волнение. – Это чужая.

– Какого дьявола чужим здесь делать в такое время? – Джо пошел к задней двери и выглянул. Точно, рядом с автомобильчиком стоит женщина. И держит что-то в руках, но зимой темнеет рано, и Джо не смог как следует разглядеть. – Может, заблудилась? Пит, беги скажи дедушкиному псу, пусть замолкнет.

– Дайте мне посмотреть! – Джени подбежала к дяде, стоящему в дверях, и уцепилась сзади.

– Эй! – крикнул Джо, но ветер отнес его возглас в сторону. – Эй! – еще раз, теперь уже громче, повторил он, и женщина заспешила через двор к дому. Джо вспомнил о наружном прожекторе и включил его – теперь гостья сможет рассмотреть заметенную дорожку к заднему крыльцу. Ветер бросил ему в лицо снег, ущипнул кожу и заставил заморгать.