– Верно, – согласилась Флинт. – Все это очень даже любопытно.

В следующий миг оба, не сговариваясь, выпрямились и быстро заняли боевую позицию – спина к спине, выставив вперед клинки. Тени от разных предметов показались вдруг какими-то необычно черными и зловещими, а неподвижный воздух – слишком сухим и очень холодным; казалось, он пропитан смертью и разрушением. Девушка невольно поежилась и машинально пошевелила тремя пальцами, что оставались на ее левой руке. Глубокий шрам на месте утраченных пальцев отозвался новой болью. Шрамы не любят холода. Она вдруг ощутила незримое присутствие какого-то серьезного источника опасности здесь, в крепости, и вздрогнула. Джессика не представляла, какого рода эта опасность и откуда ее следует ожидать, но она была абсолютно уверена, что им действительно что-то угрожает. Собственным предчувствиям Флинт доверяла всегда и безоговорочно.

– Вот-вот, – спокойно произнес Танцор, как и всегда без лишних слов уловив настроение партнерши, – и у меня такое же чувство. Что бы там ни произошло с обитателями крепости, сдается мне, это была не самая легкая смерть. Не из тех, что обычно выпадают солдату.

– Наших коней здесь оставлять нельзя, – заметила Джессика. – Они взбесятся раньше, чем мы успеем подвести их к двери Пойдем лучше взглянем на главное здание этого заведения. Может быть, там отыщется местечко поприличнее.

– Толковая мысль, – кивнул Танцор.

– Ну так давай отсюда сматываться. Слишком уж все это действует мне на нервы.

– Не тебе одной.

– Я ведь предупреждала: не слушай всякие сказки. Сегодня ночью тебе едва ли удастся спокойно выспаться. Наверняка будут мучить кошмары.

– Ну, что касается сегодняшней ночи, – заметил Танцор, – то кошмары меня вовсе не удивят. Знаешь, Джессика, это местечко мне вовсе не кажется подходящим вариантом для ночлега.