Но все же, - может быть, из-за возраста (ему было только двадцать четыре года) или из-за скромности характера, он производил впечатление простого непритязательного человека, избегающего какого-либо внимания к себе. Посетители, встретив его, с трудом верили, что молодой человек в охотничьей одежде - обладатель всего этого богатства и великолепия. Тем не менее, вот уже на протяжении двадцати четырех лет он являлся владельцем Сейл-Хауза, городской резиденции на Куерзон-стрит и восьми других усадеб - от Сомерсета до продуваемого всеми ветрами замка в Хайленде. Это был наиблагороднейший Адольф Джиллсти Верной Вейр, герцог Сейл и маркиз Ормесьи, граф Сейлский, барон Вейр Тэймский, барон Вейр Стовенский и барон Вейр Руффорский. Все эти высокие титулы принадлежали ему с рождения, ибо он был единственным выжившим ребенком своего отца, шестого герцога, и нежной несчастной леди, которая, родив двух мертвых детей и троих, которые умерли вскоре после рождения, произвела на свет семимесячного младенца, такого маленького и слабенького на вид, что было ясно - не пройдет и года, как он отправится к своим братьям и сестрам в семейный склеп. Но хороший выбор кормилицы, удивительная преданность няни, постоянный надзор врачей, строгие правила его дяди и опекуна лорда Лайонела Вейра, нежная забота его тети, - все помогло маленькому наследнику удачно преодолеть первые годы жизни. И хотя в детстве его слабый организм был подвержен простудам и с невероятной легкостью подхватывал любую инфекцию, он не только выжил, но и вырос абсолютно здоровым молодым человеком; хотя он не стал таким могучим, как его дяди и кузены, но был достаточно крепким, чтобы не подавать врачам повода для малейшего беспокойства. Семейный врач неоднократно подтверждал, что у маленького герцога организм гораздо крепче, чем можно было надеяться. Но это ничуть не охладило рвения любящих родственников и учителей, осыпавших герцога своими заботами. Уже прошло несколько лет с тех пор, как он в последний раз перенес легкое заболевание, но его окружение было убеждено, что достаточно любого дуновения ветерка - и здоровье герцога пошатнется.