Вот он, проклятый зов плоти, с горечью подумал Леонардо. Однажды ощутив его, уже невозможно остановиться. Невинные отношения с Эльвирой были уничтожены именно такой вспышкой желания.

Леонардо скомкал полотенце и швырну его в корзину для грязного белья.

Эльвира рассеянно бродила по комнате. Она пыталась собраться с силами, чтобы все это выдержать.

Леонардо, я… — в который раз мысленно начинала она тяжелый, но неизбежный разговор. О Боже, как выговорить это слово?! Сердце билось глухими, тяжелыми ударами.

Леонардо, мне нужна твоя помощь…

Послышались шаги, и, подняв глаза, девушка с облегчением увидела, что Леонардо облачился в джинсы и тенниску. На его подбородке алела маленькая капелька, притягивающая ее взгляд как магнит.

Леонардо заметил янтарный блеск устремленных на него глаз и почувствовал, как у него чаще забилось сердце.

— В чем дело? — хрипло спросил он.

— Ты порезался, — прошептала Эльвира.

Кровь показалась ей дурным знамением.

Он нахмурился и дотронулся до подбородка, потом провел пальцем по гладко выбритой коже.

Неужели у меня тряслись руки? Он не мог припомнить, когда порезался в последний раз.

— Действительно. — Он облизнул палец. — Вот твой кофе.

Эльвира пыталась держаться непринужденно, но ей это удавалось с трудом.

— Я не пила кофе, с тех пор как уехала из дому.

Леонардо улыбнулся и сел на диван. Он отличался врожденной грацией. Никто не мог бы оспорить тот факт, что Леонардо Ортис был сексуально привлекательным мужчиной — высокий, темноволосый, импозантный, с надменной линией скул и очень темными — скорее черными, чем карими, — глазами. Крупный рот выдавал чувственную натуру, а решительно очерченные губы были словно созданы, чтобы доставлять женщинам наслаждение.

Дрожащей рукой Эльвира взяла с подноса кофе.