И д'Артаньян рассказал обо всем: и о безумном гневе миледи, и о ее угрозах убить его.

Атос задумался. Он вспоминал прошлое и видел совсем другие картины. Но с тех пор прошло десять лет, и эта женщина прожила их неизвестно где и неизвестно как, скрывая где-то его сына, разбив жизнь своего мужа… Сейчас это как будто была другая, которую Атос никогда не знал.

— Вы правы, и, клянусь душой, я не стал бы легкомысленно относиться к ее угрозам, — сказал мушкетер. — К счастью, послезавтра мы покидаем Париж; по всей вероятности, нас пошлют к Ла-Рошели, а когда мы уедем…

— Она последует за нами на край света, Атос, если только решит это сделать. Если она увидит вас и узнает, кто скажет, что придет ей в голову?

— Ах, друг мой, что за важность, если она и узнает меня? — заметил Атос. — Уж не думаете ли вы, что я боюсь встретиться с ней?

…Так отзывался об Анне человек, которого она считала мертвым и продолжала любить, которого оплакивала каждый раз, глядя на его сына. Поистине, пути судьбы неисповедимы…

После той ночи Анна переменилась. Она сама удивлялась, но мысль о том, чтобы убить д'Артаньяна, вовсе не казалась ей ужасной. В то же время она никогда никому не смогла бы рассказать о том, что произошло. Чтобы не оставаться наедине с горькими и грозными мыслями, миледи решила посвятить день визитам. К тому же ей следовало быть в курсе всех новостей, а она, занятая личными делами, запустила это важное звено своих планов. Визиты оказались не напрасны: косвенным путем, осторожными вопросами, сопоставляя различные сообщения, ей удалось узнать, что королева разыскала свою похищенную служанку, эту Бонасье, и приказала перевезти ее в некий монастырь. Из Парижа ее будут увозить дорогой на Шайо. Это была очень интересная новость, и поначалу Анна хотела отправиться к Ришелье и этим известием изгладить из его памяти свой неуспех в деле с подвесками. Но по размышлении она решила предпринять лучшие действия: перехватить узницу по дороге в монастырь и держать ее в своем доме.