Кардинал прибыл в назначенное время и сразу же объявил, что у него есть очень важное поручение, от которого будет зависеть дальнейшая судьба леди Винтер. Анна могла догадываться о сути этого дела, но в отношении заданий кардинала следовало быть очень аккуратной.

— Я слушаю, ваше высокопреосвященство, с величайшим вниманием, — ответила она.

Ришелье продолжил:

— Небольшое судно с английской командой, капитан которого мне предан, поджидает вас вблизи устья Шаранты, у форта Ла-Пуэнт. Оно снимается с якоря завтра утром.

— Так, значит, мне нужно выехать туда сегодня вечером?

— Сию же минуту, то есть сразу после того, как вы получите мои указания. Два человека, которых вы увидите у дверей, когда выйдете отсюда, будут охранять вас в пути. Я выйду первым. Вы подождете полчаса и затем выйдете тоже.

— Хорошо, ваша светлость, — отвечала Анна, собираясь с мыслями. — Но вернемся к тому поручению, которое вам угодно дать мне. Я хочу и впредь быть достойной доверия вашего высокопреосвященства, а потому благоволите ясно и точно изложить мне это поручение, чтобы я не совершила какой-нибудь оплошности.

Ришелье помолчал несколько времени, как бы формулируя про себя нужные выражения.

— Вы поедете в Лондон, — начал он ровным голосом. — В Лондоне вы встретите Бэкингема…

Это известие обрадовало Анну, ибо отвечало ее желаниям. Однако поручение касалось герцога…

— Замечу вашему высокопреосвященству, — вставила она, — что после дела с алмазными подвесками, к которому герцог упорно считает меня причастной, его светлость питает ко мне недоверие.

— Но на этот раз, — возразил кардинал, — речь идет вовсе не о том, чтобы вы снискали его доверие, а о том, чтобы открыто и честно явились к нему в качестве посредницы.