— Милая, это ваш ребенок? — спросила она, по-прежнему не спуская глаз с Гранта. — Просто я думаю, вам следует знать. Не знаю уж зачем, но мужчина только что заставлял его есть печенье. Мальчик отчаянно сопротивлялся. Поверьте мне.

Грант вскочил, схватил свой пакет с печеньем, надеясь быстро исчезнуть, но тут Джолин повернулась и удивленно посмотрела на него.

— Зачем вы это делали? — спросила она. Грант встретился с ней взглядом и ошеломленно застыл на месте. Глаза незнакомки казались слишком лучистыми, чтобы быть настоящими. «Кто она, колдунья?» — мелькнуло у него в голове.

— Я не заставлял его есть печенье. Вы не поняли. Я пытался отнять у него печенье.

— Вы слышали? — закаркала рыжеволосая, вращая глазами. — Сам признается, что отнимал сладости у малыша. А посмотрите сюда — у него их целый пакет. Мог бы и поделиться с ребенком.

Грант застонал, а Джолин, нахмурившись, переводила взгляд с женщины на Гранта и обратно, не зная, как реагировать. Ребенок обеими руками обвил ее шею, но лицо его было повернуто к Гранту, и он откровенно его разглядывал. Что-то странное почудилось Гранту в блеске этих круглых детских глаз…

— Вот, — тихо произнес Грант, сунув Джолин пакет с печеньем. С него было довольно. — Возьмите себе. Можете выбросить или съесть, мне все равно. — Он попятился, подняв руки, словно кто-то угрожал ему пистолетом. — Я не заставлял мальчика есть печенье, напротив пытался отнять его, потому что думал, что вы не захотите, чтобы он брал еду из рук незнакомых людей. Вот так все было, леди. Поверьте.

— Подождите, — сказала она, шагнув к нему. — Я ни в чем не винила вас…

Но Грант не стал ее слушать. Он повернулся и растворился в толпе.

Джолин отвела взгляд. Малыш с ней, и больше ее ничто не заботило.

— Пойдем, Кевин, — прошептала она, целуя сына в пухлую щечку.