Сейчас он был в отъезде уже две недели, и она каждый день ждала, что он позвонит, но он не звонил. Правда, он говорил ей, что будет очень занят… Но теперь Эшу надоело, что она отступает каждый раз, когда в его голове появляется любовное настроение. Может, она слишком упрямится? Слишком, как он говорит, старомодна? Разве Эш не доказал своих намерений? Не пришло ли время ей?..

Зазвонил телефон. Эш!

— Алло? — звонко спросила она.

— Жермена… — начал Эш совсем не весело, не в своем обычном тоне.

— Что-то случилось?

— Я все время откладывал этот разговор, — признался он. — Не знал, как тебе об этом сказать, чтобы ты не расстроилась, — услышала она, и ее уязвленная гордость тут же взыграла.

Ей было очень хорошо с Эшем, но, если его молчание в последние две недели означало, что она его больше не интересует, то пусть не думает, будто разбил ей сердце. Если он позвонил сказать, что пора распрощаться…

— Хочу облегчить твою задачу, — с наигранной легкостью ответила Жермена. — Во время твоего отсутствия мне стало ясно, что… ну, грубо говоря, я не готова к тому, о чем ты говорил. На самом деле, — заторопилась она, движимая гордостью, — я пришла к выводу, что нам лучше не встречаться больше.

— Гм… Дело в том… — Казалось, Эш взял себя в руки и начал объяснение: — В субботу Лукас неожиданно приехал домой.

В субботу. Два дня тому назад.

— Ты звонишь из дома? Из квартиры брата? — спросила Жермена. — Ты вернулся из Шотландии?

На другом конце провода возникла напряженная тишина. Потом, к ее удивлению, Эш признался:

— Я не ездил в Шотландию.

— У тебя изменились планы? — Она постаралась сохранить легкость в тоне, все еще не понимая, почему Эш откладывал этот разговор, если решил сказать «прощай».

— Я и не собирался ехать в Шотландию, — признался Эш.

— Не собирался? Соврал мне? — уже с нажимом спросила она.

— Я не мог сказать правду, — признался Эш.

Жермена еще больше поразилась, и при его следующих словах удивление смешалось со знакомым чувством тошноты внизу живота.