– Заткнись, – огрызнулся Чарли таким ледяным тоном, что в нем послышался холод ветра, дующего в Техасе каждую зиму.

Бандит немедленно замолк. Анжелина открыла было рот, чтобы задать Колтрейну еще вопрос. Но, прежде чем она успела произнести хоть одно слово, он повернулся к ней и спросил:

– А что вы делаете здесь совсем одна?

– Я... я не одна. По крайней мере, я была не одна... до сегодняшнего утра. – Она набрала воздуха, чтобы побороть смятение, охватившее ее при воспоминании о событиях этого дня. – Эти трое напали на нашу группу и убили всех, кроме меня. Я уверена, что со мной... меня ждала та же участь, если бы вы случайно не оказались на этой дороге. Я должна поблагодарить вас, мистер Колтрейн.

Он пожал плечами:

– У меня нет привычки вмешиваться в чужие, дела, но я не мог пройти мимо и ничего не сделать. – Он кивнул головой на вершину холма. – Остальные ваши люди там?

– Да. – До этого момента все ее мысли оставались занятыми только спасением собственной жизни, вместо того чтобы оплакивать несвоевременную смерть друзей.

Несмотря на теплый техасский бриз, Анжелина вдруг обхватила себя руками, чтобы побороть внезапно охвативший ее холод. Приглушенное рыдание сорвалось с ее губ, когда она подумала о шести убитых мужчинах и женщинах, оставшихся на вершине холма.

Чарли хмуро взглянул на нее.

– Надеюсь, вы не собираетесь развалиться на части и оставить меня одного, мисс Рейес, а? Нам ведь еще до темноты придется похоронить ваших людей. Иначе все звери в радиусе пятнадцати километров соберутся сюда и станут кружить вокруг нас.

Анжелина кивнула, понимая, что он прав. Подавив в себе прилив горя, она глубоко вздохнула и пошла вверх по склону, указывая путь.

Картина бойни, их ожидавшая, оказалась более страшной, чем она ее себе представляла. Все шестеро лежали там, где их застала смерть, – неправильным полукругом вокруг догорающего фургона.

– В этой каше найдется какая-нибудь лопата? – спросил Чарли, демонстрируя полное спокойствие при виде крови и огня.